Шрифт
Интервал
Цветовая схема

Утром 22 июня 1941 года коллектив Горьковского иняза работал в ритме повседневной жизни. Сессия заканчивалась, в аудиториях вуза шли последние экзамены. В 12 часов пополудни председатель Совнаркома В.М. Молотов объявил по радио о внезапном нападении фашистской Германии на СССР. Около 13 часов коридоры и помещения института стали наполняться взволнованными преподавателями и студентами.

Их настроения вылились в незапланированный, но искренний митинг. Звучали гневные слова и заявлялась готовность защитить Родину.

23 июня в рамках открытого партийного собрания многие сообщили о намерении немедленно отправиться на фронт. В ближайшее же время в ряды РККА вступили десятки инязовцев. Среди них – директор ГПИИЯ М.И. Шарков, секретарь партбюро М.Г. Серебров, преподаватели Ф.И. Архипов, Н.С. Власов, Ф.Г. Ефграфов, Г.Н. Рожков, В.Г. Соболев, студенты Н.И. Клопков, секретарь комитета ВЛКСМ, М. Кулагин, Ц. Файнина, О. Глазов, А. Горбунова, Г. Глазова, О. Шигонцева, П. Голов, Н. Кирсанов, Г. Рыжов, Е. Мошкина, К. Некрасов, В. Санжар, А. Дерюгин и др.

Между тем, жизнь учебного заведения (как и иных советских учреждений того времени) продолжалась, академические поручения и служебные обязанности оставались ключевой рабочей задачей преподавателей и сотрудников иняза. Студенты должны были учиться. Руководство вуза в новых условиях было обязано приспосабливать учебный процесс к военному времени и его требованиям. И потому учебные занятия на II курсе (177 человек), III (165 человек) и IV (130 человек) начались 1 августа 1941 года. 237 человек, зачисленные на I курс, начали семестр, как обычно, 1 сентября. Таким образом, общий контингент студентов в 1941/42 учебном году составил более 700 человек.

Однако преподавательский состав и количество студентов очень заметно сократились в течение первых двух месяцев войны: в армию ушло более 60 человек.

В конце августа 1941 года и.о. директора ГПИИЯ стал П.И. Шульпин, назначенный на эту должность решением Горьковского обкома партии вместо ушедшего в армию М.И. Шаркова.

Одним из первых нелегких дел, выпавших на его долю, стала реализация приказа Всесоюзного Комитета высшей школы (ВКВШ) от 30 июня 1941 года о перестройке работы высшей школы. 

Тяжелейшие условия войны потребовали от вузов системной подготовки специалистов, чья квалификация была нужна, прежде всего, в боевых условиях, при том, с высшей школы не снимались задачи выпуска из её стен работников, необходимых тылу. Иными словами: инязовское преподавание достаточно быстро было сориентировано на ускоренную, но вполне качественную, подготовку солдат и офицеров-переводчиков, разведчиков, контрразведчиков, служащих других воинских подразделений. Вместе с тем, жизнь шла вперед, учебные классы заполнялись, воюющая страна, как и ранее, нуждалась в «вечных» специальностях, потому ГПИИЯ ещё с большей самоотдачей проводил плановое обучение будущих учителей общеобразовательных средних школ.

Можно удивляться тому, что учебные занятия не были сорваны вовсе под напором растущей массы новых «вводных». Продолжающийся уход на фронт добровольцев (в начале учебного года военными переводчиками стали 30 человек, в марте 1942 года – 20 человек (среди ушедших в 1942 году на фронт студентов была Тамара Андреевна Волкова, поступившая в Горьковский иняз в 1940 г.; после демобилизации она восстановилась как студентка иняза и окончила его в 1948 г.; работала в институте с 1948 по 1979 г.)) неминуемо сокращал количество обучаемых, но аудиторный фонд института при этом не увеличивался. Дело в том, что соответствующие распоряжения из Москвы сократили общий срок обучения в ГПИИЯ с четырех до трех лет. Тем не менее, студенты, да и преподаватели, не могли сосредоточиться на учебных делах в связи с полосой сельскохозяйственных работ. Две недели в сентябре-октябре 1941 года более 100 человек-инзовцев участвовали в уборочной. С 27 октября по 5 января более 300 студентов, а также часть преподавателей, работали на строительстве оборонительного рубежа близ города Горького. В течение более двух очень холодных осенне-зимних месяцев 1941 года они вырыли вручную около 5 тысяч кубометров земли. Помимо прочего, приведенный факт свидетельствует о высочайшем уровне патриотизма и гражданственности тех молодых интеллектуалов, полученных в школе и развитых в вузе, об уровне их внутреннего оптимизма и уверенности в неизбежности победы советского народа над фашизмом. У подавляющего большинства хватило сил и настроения продолжать свое образование в холодных аудиториях избранного института, идти тернистой дорогой. Как показала дальнейшая практика, очень многие не оставляли искренних желаний уйти на фронт, зная по сути, в качестве кого и где они будут использованы на передовой.

За доблестный труд П.И. Шульпин, Н.М. Лобода, И.С. Комаров были награждены медалями «За оборону Москвы». Важно понимать, что в первые месяцы Великой Отечественной войны правительственные награды – ордена и медали – были достаточно редким явлением и выдавались весьма скупо. А потому их владельцы пользовались особым авторитетом. Кроме того, напомним, что награжденные были обязаны носить свои награды постоянно, а не исходя из собственного желания или нежелания.

Усилия коллектива иняза направлялись на оказание постоянной и всесторонней помощи фронту. Только в 1942 году коллектив института внес 45 115 рублей наличными и 42 000 рублей облигациями на строительство танковой колонны «За передовую науку». Преподаватель И.С. Комаров отдал личные сбережения в сумме 20 000 рублей в фонд строительства боевой техники.

Периодически и планомерно иняз проводил сбор подарков и теплых вещей для бойцов Действующей армии. В 1941/42 учебном году из достаточно скудных средств преподавателей, сотрудников и студентов было собрано 1100 подарков и более 400 теплых предметов одежды. Руками сотрудниц и студенток ГПИИЯ было сшито более 1000 единиц белья, направленного на фронт и в адрес военных госпиталей. В 1942/43 учебном году было собрано более 650 единиц теплой одежды, 150 полезных предметов (зубные щетки, платки, карандаши и канцелярские принадлежности, наборы конфет и печенья, кисеты, предметы посуды и т.п. – все эти, по сути, незатейливые и недорогие, ранее считавшиеся «пустяковыми», вещи, предметы и продукты обретали особый смысл и значимость для их отправителей и получателей; помимо прочего, они являлись сущностным и предметным выражением единства сообщества СССР) в помощь населению Сталинграда и освобожденных районов, 3000 книг в адрес жителей территорий, пострадавших от оккупации.

Регулярно представители коллектива ГПИИЯ сдавали кровь для раненых солдат и офицеров Действующей армии. Только в 1941 году в начальный период войны количество доноров в инязе составило более 80 человек. Среди них Е.И. Сингер, Г.В. Милюкова и многие другие.

Общий план приёма первокурсников на 1942/43 год составил 270 человек (120 – факультет английского языка, 75 – факультет французского языка, 75 – факультет немецкого языка). Следует обратить внимание на приведенные цифры. Казалось бы, в условиях мобилизации всех сил на войну с Германией в оперативных интересах должно было бы резко вырасти число изучающих немецкий язык. Тем не менее, приоритет отдавался английскому. Среди прочих обстоятельств данный факт указывает на твердую уверенность советского руководства в победе, его расчеты на взаимодействие с мировым сообществом, где ведущее место должны были занимать страны с англоязычным населением.  Это потребовало серьезной и напряженной предварительной работы по профориентации. Весной и летом 1942 года почти во всех средних школах города и 22-х школах области прошли собеседования сотрудников иняза с выпускниками. Будущие абитуриенты знакомились с номенклатурой вступительных экзаменов, тогда включавшей в себя русский язык и литературу, историю народов СССР, географию и иностранный язык. Профориентационная работа будет продолжена и в последующий период. В 1944 г. прием вновь достигнет цифры в 300 человек

Новое распоряжение Москвы по возвращению к четырехлетнему обучению внесло дополнительные трудности в организацию образовательного процесса в новом учебном году. Вновь становился актуальным вопрос учебных помещений. Тогда иняз перешел на трехсменное обучение со всеми его трудностями и проблемами, в том числе – хозяйственно-бытового плана. Так как учебные помещения отапливались дровяными печами, студенты в приказном порядке посменно работали на разгрузке дров, а администрация изыскивала средства на их приобретение.

Продолжал оставаться нерешенным вопрос об организации питания студентов и преподавателей. Своей столовой иняз не располагал; приходилось использовать пищеблок речного техникума, где количество посадочных мест было ограничено. Кроме того, студенты целенаправленно использовали столовую института усовершенствования учителей, а преподаватели – столовую областного комитета союза высшей школы. Конечно, большим подспорьем в обеспечении питания студентов и преподавателей было правительственное решение, приравнявшее студенчество и преподавательский состав к нормам снабжения рабочих. К тому же, директор института П.И. Шульпин, пытаясь усилить и удешевить питание вверенного ему коллектива, создает в 1942 году при институте подсобное хозяйство (отв. преподаватель А.И. Гергардт). В 1942 году вуз располагал 6,5 гектарами земли, а с 1943 – 13 гектарами. На этом участке своими силами выращивали картофель, просо, гречу, свеклу и т.д., что значительно улучшало питание студентов и преподавателей. Так, в 1942 году в подсобном хозяйстве ГПИИЯ было использовано под картофель 2,4 га, под просо – 2,8 га; остальное – под другие сельскохозяйственные культуры. Добавим, что практика использования собственного подсобного хозяйства была сохранена и в послевоенные годы. В 1943 году из подсобного хозяйства поступило 46 ц картофеля, 6 ц проса, 3 ц свеклы. Обретение и дальнейшее развитие подсобного хозяйства требовало предварительных затрат и ресурсов, в том числе обеспечения его транспортом: «...пока институт не будет иметь в своем распоряжении, по крайней мере, пары лошадей или автомашины, нельзя надеяться на хорошие результаты подсобного хозяйства», – подчеркивалось в годовом отчете иняза за 1942/43 учебный год.

К концу 1942/43 года количество студентов составляло 745 человек. В условиях военного лихолетья эта цифра почти не менялась: в 1943/44 учебном году в инязе было 668 обучаемых, а в 1944/45 – 696.

Надо признать, что в годы Великой Отечественной войны неизбежно и резко возросла интенсивность труда как студентов, так и преподавателей. Были отменены отпуска и студенческие каникулы. Помимо учебной, педагогической и научной деятельности, преподаватели постоянно и плотно занимались общественной работой и достаточно часто физическим трудом. Никто не снимал с них ответственность за выполнение учебно-методического процесса; наоборот, требования к нему возрастали.

Иняз структурно включал в себя три факультета в рамках дневной формы обучения и три отделения – на заочном обучении. В 1943 году ГПИИЯ пережил серьезную реорганизацию схемы учебных подразделений. Тогда она включила в себя 13 кафедр, а именно: марксизма-ленинизма, педагогики, языкознания, методики, английского языка, английской филологии, немецкого языка, немецкой филологии, французского языка, французской филологии, истории народов СССР, зарубежной литературы, военно-физкультурной подготовки. Лучшими в годы войны считались по итогам соцсоревнования кафедра английской филологии (заведующая – доцент Колдунова) и английского языка (заведующая – старший преподаватель Смирнова). Эти изменения были продиктованы растущей необходимостью повышения эффективности учебного процесса. Языковые кафедры разделялись на кафедры языка и кафедры филологии. Тем самым проводилась четкая грань между теоретическими и практическими учебными дисциплинами. Кафедры языка стали заниматься организацией преподавания практики языка и перевода, а кафедры филологии давали знания по грамматике, фонетике, лексикологии и истории языка.

1 ноября 1942 года было создано двухгодичное переводческое отделение внутри Горьковского иняза. Росла неизбежная потребность военного командования во все новых кадрах профессиональных военных переводчиков. Однако появившееся отделение было способным предоставить государству своих первых выпускников – военных переводчиков – лишь к 1944 году, а жизненно важные потребности диктовали использовать переводчиков в городе Горьком уже тогда.

В 1941/42 учебном году 11 профессиональных специалистов Горьковского иняза работали в качестве переводчиков в соответствующих организациях и учреждениях города Горького и Горьковской области. Кроме того, на протяжении 1942/43 учебного года группы преподавателей ГПИИЯ обучали иностранным языкам слушателей в некоторых воинских частях и на отдельных предприятиях.

Почти феноменальным стало то обстоятельство, что в годы Великой Отечественной войны коллектив ГПИИЯ не только не растерял, но стал заметно наращивать свой научный потенциал. В годы войны росли квалификационные показатели кадрового состава преподавателей. В ГПИИЯ трудились уже 6 доцентов (П.И. Шульпин, М.Ф. Фролов, А.В. Кунин, О.А. Колдунова, С.В. Третьякова, К.К. Мартенс), из них 3 кандидата наук (П.И.Шульпин, С.В.Третьякова, К.К.Мартенс). Продолжалось обучение в аспирантуре.  

Осенью 1941, а также весной 1942 года по распоряжению ряда министерств и ведомств в Горький эвакуируется из Москвы и Ленинграда большая группа специалистов разного профиля, в том числе и в области языкознания. Среди них отметим А.В. Кунина, Е.П. Брандиса, А.И. Смирницкого.

Александр Владимирович Кунин (1909-1996) родился в Москве в интеллигентной семье. Его отец обладал высшим языковедческим образованием, закончив лингвистическое отделение II МГУ. Там же учился сам А.В. Кунин (1929-1932 гг.), одновременно работая техническим переводчиком в одном из московских учреждений. После окончания II МГУ был направлен в I МПИИЯ. Работал преподавателем английского языка, с 1934 г. на должности доцента. В 1938 г. успешно защитил кандидатскую диссертацию с присвоением ученой степени кандидата филологических наук. Осенью 1941 г. эвакуирован с группой московских специалистов в город Горький, зачислен в штат ГПИИЯ со 2 октября 1941 г. Здесь проработал до 1945 г. Декан ФАЯ до 1943 г. После окончания войны возвратился в Москву, защитил докторскую диссертацию, работал в МГПИИЯ им. М. Тореза в должности профессора.

Евгений Павлович Брандис (1916 г.р.) окончил ЛГУ в 1939 г., специалист по литературе стран Запада. Работал в ГПИИЯ в 1943-44 гг. на должности старшего преподавателя (читал курс лекций по всеобщей литературе). Кандидат филологических наук, доцент. Декан ФНЯ (1943/1944). 

Что касается доц. А.И. Смирницкого, он сотрудничал с ГПИИЯ в качестве преподавателя-почасовика ещё в довоенные годы. Эвакуированный из Москвы в апреле 1942 г., он работал в должности председателя ГЭКа при ГПИИЯ. Однако уже в сентябре был отозван обратно в Москву.

В связи с такой массивной кадровой поддержкой объединились усилия специалистов из столичных центров с возможностями работников ГГПИИЯ.

Значительно повысилась научно-академическая продуктивность труда коллектива института. Ведущие преподаватели и наиболее талантливые студенты приступили к серьезной, но крайне актуальной работе по составлению словарей военной лексики.

Творческая группа под руководством А.В. Кунина (преподаватели Эпштейн, Томлянович, Медовщикова и др.)  успешно выполнила работу над составлением «Англо-русского военного словаря-минимума», издав в 1942/43 учебном году 150 его экземпляров. По существу, та работа была закончена ещё в 1941 г., и тогда А.В. Кунин лично повез её текст, а также текст вновь выполненного «Военно-юридического словаря» в Юридическую академию Красной Армии (Москва). Затем ученые приступили к подготовке «Большого военного русско-английского словаря» объемом в 80 печатных листов.

В 1943 году группа из пяти преподавателей (старший преподаватель Н.И. Миллер, преподаватели Д.Я. Якуб, Н.М. Лобода, Л.С. Штейман, Е.С. Васильева) под общим руководством старшего преподавателя, заведующей кафедрой немецкого языка А.В. Шеффер завершила работу по созданию «Немецко-русского словаря военной терминологии» и сборника текстов по соответствующей тематике.

Одновременно с научной работой значительные новации коснулись учебно-методической деятельности работников ГПИИЯ. Вникнув в соответствующие распоряжения Москвы, его директорат сумел составить учебный план, адаптированный к задачам военного времени, учитывавший также возможности и рамки трехгодичного обучения. В годовом отчете за 1941/42 учебный год П.И. Шульпин подчеркивал: «Особое внимание уделялось овладению студентами разговорной речью и навыками перевода», изучению, среди прочих, таких тем, как «Наступательные бои Красной Армии», «Партизаны», «Допрос пленного», «Разговор с английскими летчиками» и др.

Добавим, что учебные планы и программы заочной формы обучения также были рассчитаны на достаточно высокое и эффективное овладение студентами предоставляемых им знаний, навыков и умений без скидки на «заочный формат» (за исключением педагогической практики). Фактически они овладевали тем же уровнем профессиональной подготовки, что и студенты очной формы обучения. Так, согласно вкладышу к диплому о высшем образовании, полученному Н.Н. Зыковой (студентка заочной формы обучения ГПИИЯ в 1943-47 гг.), номенклатура изучаемых дисциплин включала в себя тогда: основы марксизма-ленинизма, география Германии, теория русского языка, история Германии, педагогика, история педагогики, психология, введение в языкознание, политэкономия, латинский язык, история языка, литература, история СССР, методика, практика разговорной речи, грамматика практическая, грамматика теоретическая, фонетика теоретическая, лексикология, общий перевод и др.

Как на дневной, так и на заочной формах обучения, значительно увеличилось количество рабочих часов по практике языка. Учебную программу вновь созданного переводческого отделения (специальность – «Военный переводчик») приходилось разрабатывать «с нуля» и довольно быстро запускать в работу. Происходил заметный рост учебной нагрузки студентов, среди прочего – за счет появления в планах новых дисциплин и благодаря увеличению часов в рамках дисциплин прежних. Вновь введенным в 1942/43 учебном году учебным предметом, проводимым на базе военной кафедры, стала радиотелеграфия. Был создан специальный  радиокабинет на 40 учебных мест в условиях предельного дефицита в ГПИИЯ аудиторного фонда. Помимо всего прочего, студенты дополнительно занимались военным делом по 2 часа в неделю.

Директорат института продолжал заботиться о пополнении книжного фонда собственной библиотеки. Хотя библиотека ГПИИЯ (зав. М.Б. Базаревская – работала учителем, затем библиотекарем НГУ. С 1941 по 1956 гг. бессменный зав. библиотекой ГПИИЯ) насчитывала в 1942/43 учебном году 29200 томов (25% от этого количества – книги на иностранных языках), тем не менее, по мнению руководства, ощущалась острая нехватка учебников. К тому же военные условия проявили и острую нехватку учебных пособий специфического плана.

К весне 1943 года библиотечный фонд был увеличен 267-ю новыми томами и доведен до 29500 книг. Это пополнение считалось «первым поступлением иностранной научной литературы за время с 1941 года». Причем особо ценным стало приобретение 8 книг, изданных за рубежом по английской грамматике и лексикологии. Кроме того, в библиотеку поступило 40 экземпляров новых изданий на английском языке, 30 – на французском, 30 – на немецком, а также много единиц научной периодики на иностранных языках.

Окончание II Мировой войны в сентябре 1945 года положило конец тяготам военного времени, но не избавило коллектив института от его последствий.

Текущей задачей продолжал оставаться вопрос приема в вуз новых студентов и поддержания соответствующего конкурса среди абитуриентов. С этой проблемой институт справлялся: за первые пять после войны (1946-1950) в него было принят 2281 человек. Выпуск за этот же период: 1946-1950 выразился цифрой 721 человек. Отметим также, что планы приема, если они пересматривались, менялись только в сторону увеличения.

Общий контингент студентов ГПИИЯ (на дневной и заочной формах обучения) составлял на 1 сентября 1946 года 970 человек. Из них на I  курсе обучалось 471, на II – 240, на  III – 185, на  IV – 74 человека.

В 1949 году был введен в эксплуатацию собственный, первый в истории института учебный корпус ГПИИЯ.

Библиотека, насчитывавшая к концу войны около 30 тысяч томов, пополнялась в среднем за год на 3-5 тысяч единиц, иногда более. В 1951 году в Горьковском институте иностранных языков начал работать давно задуманный кабинет звукозаписи, трансформированный в лабораторию звукозаписи и кино. Для усиления кадрового состава кабинета в 1952/53 учебном году был взят на работу сначала лаборантом, а затем учебным мастером подразделения выпускник факультета английского языка ГПИИЯ Г.В. Вицинский. Георгий Владимирович Вицинский (1925-2002) окончил ГПИИЯ по специальности «Учитель английского языка». Семнадцать лет работал в Латвийском университете и пять лет в Рижском университете инженеров гражданской авиации. С 1975 года – зав. лабораторией Горьковского иняза. Автор монографии и тридцати научных публикаций. Основатель и Предводитель возрожденного в условиях «перестройки» Нижегородского губернского дворянского собрания, гл. редактор журнала «Дворянский альманах». Почетный член Российского исторического общества, член Совета Российского дворянства, член Императорского Православного Палестинского общества. Работал в Горьковском инязе с 1952 по 1957 и с 1975 г. как заведующий лабораторией учебного телевидения.

В 1945 году кадровые проблемы решались за счет возвращавшихся в Горький фронтовиков. Многие из них стали опорой руководству института в решении трудных послевоенных задач, а впоследствии всю свою жизнь посвятили родному инязу.

В своей книге, раскрывающей портрет того поколения, Виктор Павлович Киселев, участник Великой Отечественной войны, завершивший боевой путь в Праге, окончивший факультет немецкого языка ГПИИЯ в 1950 г. и работавший в Горьковском инязе в 1950-1951 гг., доктор философских наук, профессор, вспоминал:

«Мы, вчерашние фронтовики, учились тогда ещё на младших курсах. Ходили в шинелях. От них пахло пороховым дымом и кострами. На воинской фуражке с черным артиллерийским околышем я долго носил звездочку. Погоны, конечно, снял, а звездочку захотелось оставить. Она связывала с армией, была символом пережитого. Жили победители голодновато, а временами вовсе голодно. 240 рублей (24 рубля по-нынешнему) стипендия... В общежитии на улице Совнаркомовской ... (что в Канавино...) в одной комнате жили ребята, большинство - фронтовики, человек пятнадцать, в двух других - девушки, тоже человек пятнадцать в комнате. Большинство же снимали углы. Питались в основном картошкой. Но сварить её было проблемой. В каждой комнате было только по одной электроплитке. Занимали очередь... В 1947 году отменили карточки. И хотя очереди за вольным хлебом были длиннющие, но не горевали... После войны все нам было нипочем. Радостное было время. Мы были молоды, мы верили в свои силы, в свое будущее. Оно представлялось нам не очень определенным, но светлым, а кому-то, может быть, и прекрасным».

ГПИИЯ, преодолевая трудности военного времени, сумел за 4 учебных года подготовить и выпустить за свои пределы 209 учителей иностранных языков и переводчиков, с учетом того, что в 1943 г. выпуска не было из-за сокращения студенческого контингента. Большинство молодых преподавателей были направлены в освобожденные от германской оккупации районы СССР в качестве учителей. Переводчики, в том числе и военные, заняли соответствующие должности в военных и невоенных учреждениях и ведомствах, значительное их число служило в частях Действующей армии.

Ушедшие на фронт из Горьковского государственного института иностранных языков (ныне НГЛУ – Нижегородский государственный лингвистический университет) и погибшие в годы Великой Отечественной войны

1. ПОВЕРЕНОВ ИВАН АЛЕКСАНДРОВИЧ

Студент дневного отделения, факультета немецкого языка Горьковского государственного института иностранных языков (переведен из Горьковского педагогического института в ГПИИЯ 1 сентября 1940 года в связи с закрытием факультета иностранных языков ГПИ).

Год рождения – 1918, 21 сентября.

Место рождения – село Селема Чернухинского района Горьковской области.

Ушел на фронт добровольцем в середине июля 1941 года с четвертого курса ГПИИЯ.

Призывался Автозаводским районным комиссариатом г.Горького. Тогда он проживал по адресу: Старовосточный поселок Автозаводского района города Горького

Пропал без вести осенью 1941 года (по информации сестры Повереннова – Новиковой Ольги Александровны)

Пропал без вести в декабре 1944 года (по данным справки Военного комиссариата Автозаводского района города Нижнего Новгорода от 10 апреля 2008 года за номером 4/9).

Источники:

Новикова О.А. Ушел на фронт добровольцем //Голос ветерана. – 2007. – 9 мая. - № 18 (293). Воспоминания родственников //Архив Музея НГЛУ.

2. ГОРБУНОВА АНФИСА АЛЕКСЕЕВНА

Студентка факультета немецкого языка Горьковского государственного педагогического института иностранных языков (с 1940 г.)

Год рождения – 1919, 29 августа

Место рождения - д. Верхоуслино Яранского р-на Кировской обл. 

Подала в военкомат заявление о добровольном уходе на фронт сразу после начала войны.

Направлена на курсы радистов. Зимой 1942 года окончила курсы радистов в школе радистов Сормовского района г.Горького в составе 40-го отделения запасного радиобатальона.

В феврале 1942 года была переведена в Москву.  8 августа 1942 года заброшена  в тыл врага в район Пскова. Разведчица, член разведгруппы под кодовым названием «Вера». Вымышленная фамилия – Мазина. Позывные «Волга». Арестована. Подверглась истязаниям в гестапо. Расстреляна фашистами в районе д. Пески, под Псковом.

Её имя носят улицы:

Анфисы Горбуновой ул. (д.Верхоуслино, Яранский р-н, Кировская обл).

Анфисы Горбуновой ул. (г.Яранск, Яранский р-н, Кировская обл). 

Горбуновой ул. (г.Киров, Кировская обл)

Источники: 

Материалы архива Музея Верхоуслинской школы Кировской области.

Материалы Яранского краеведческого музея Кировской области.

Воспоминания М.С.Безденежных и других односельчан А.Горбуновой //Материалы архива Музея НГЛУ.

Краеведческий сборник «Наш край» № 4, 2000 год, г.Яранск Кировской обл. ///  http://olnd.narod.ru/04/06_dorogi.htm  

И.В. Соболев. Группа «Вера» М.,1960.  

Говорят погибшие Герои. Предсмертные письма борцов с фашизмом  ///   http://www.bibliotekar.ru/encGeroi/62.htm

Колеватов Н.А. Их именами названы

3. ШИГОНЦЕВА ОЛЬГА ВАСИЛЬЕВНА

Студентка факультета немецкого языка Горьковского государственного пелагогического института иностранных языков (с 1938 г.).

Год рождения – 1918, сентябрь.

Место рождения – село Починки Горьковской области.

С начала войны подала заявление о желании идти на фронт добровольцем.

В сентябре 1941 г. была отправлена на курсы военных переводчиков, организованных на базе военфака 2 государственного педагогического института иностранных языков в Москву. Обучалась в течение трех месяцев. Присвоено звание техника-интенданта II ранга. Затем – парашютно-десантные войска, готовили для заброски в тыл, но в тыл не забросили. Служила в 17-й парашютно-десантной бригаде, дислоцированной под Сталинградом. Участник Сталинградской битвы. Радист-разведчик. ППС 615. I батальон. Военный переводчик. Ранена в голову около станции Лозовая после передачи информации по рации. Умерла от смертельного ранения 5 сентября 1942 года в госпитале под Сталинградом. Похоронена в селе Дубново.

Источники:

Воспоминания о Шигонцевой О.В. // Музей НГЛУ.

4. ГЛАЗОВА ГАЛИНА ГРИГОРЬЕВНА

Выпускница Горьковского государственного института иностранных языков. Обучалась на факультете немецкого языка с 1937 по 1941 год.

Год рождения – 1919, 28 октября.

Место рождения – город Горький

Погибла под Могилевом в 1941 году во время переправы через реку Сож.

Источники:

Воспоминания о Глазовой Г.Г. // Музей НГЛУ.

5. ФАЙНИНА ЦЕЦИЛИЯ ГРИГОРЬЕВНА

Выпускница Горьковского государственного института иностранных языков. Обучалась на факультете немецкого языка с 1937 по 1941 год.

Военный переводчик в Штабе 21 стрелкового корпуса.

Погибла под Могилевом в 1941 году во время переправы через реку Сож.

Источники:

Воспоминания о Файниной Ц.Г. // Музей НГЛУ.

6. ВЛАСОВ НИКОЛАЙ САЗОНТОВИЧ

Заведующий кафедрой марксизма-ленинизма в Горьковском государственном педагогическом институте иностранных языков.

Родился в 1903 г. в Сормово.

Призван на военные сборы сроком на три месяца по предписанию Сормовского РВК № 312205 от 22 мая 1941 г. В момент начала войны находился в Севастополе.

Батальонный комиссар Азово-Черноморской флотилии тральщиков. 10 августа 1942 года погиб в Туапсе при эвакуации из Севастополя мирных жителей. Бомба попала в минное отделение корабля.

Источники:

Архив Музея НГЛУ.

7. ГОЛОВ ПЕТР МИХАЙЛОВИЧ

Студент факультета французского языка Горьковского государственного педагогического института иностранных языков с 1938 года.

Год рождения – 1917.

Место рождения – Горьковская область, Наруксовский район, село Азрапино.

Ушел добровольцем на фронт в 1941 году. Направлен на Ленинградский фронт.

Пропал без вести. 

Источники:

Архив Музея НГЛУ.

8. КУЛАГИН МИХАИЛ СТЕПАНОВИЧ

Студент факультета французского языка Горьковского государственного педагогического института иностранных языков с 1938 по 1941 гг.

Год рождения – 1920 (октябрь-ноябрь).

Место рождения – Горьковская область, с. Кадницы Работкинского (ныне Кстовского) района.

Ушел на фронт в 1941 году в числе большой группы добровольцев. 3 июля проходили торжественные проводы после митинга около Свердловского РК ВКП(б).

Командир минометного расчета минометной роты. Участник боев на подступах к Ленинграду. Ранен на эстонском участке фронта 9 августа 1941 года осколком снаряда. Лечился в одном из ленинградских госпиталей. Из-за ранения эвакуирован в город Пермь. Скончался в госпитале Перми от заражения крови 15 октября 1941 года. Похоронен в братской могиле.

Источники:

Архив Музея НГЛУ.

9. ГЛАЗОВ ОЛЕГ В.

Студент факультета французского языка Горьковского государственного педагогического института иностранных языков с 1938 по 1941 гг.

Погиб в годы Великой Отечественной войны.

Источники:

Архив Музея НГЛУ.

10. КИРСАНОВ НИКОЛАЙ НИКОЛАЕВИЧ

Студент Горьковского государственного педагогического института иностранных языков.

Погиб в годы Великой Отечественной войны.

Источники:

Архив Музея НГЛУ.

11. КИЯТИН АЛЕКСАНДР ПЕТРОВИЧ

Студент Горьковского государственного педагогического института иностранных языков с 1938 по 1939 гг.

Год рождения – 1916.

Место рождения – г. Кинешма.

Погиб в 1943 году, 10 августа.

Похоронен с воинскими почестями в д. Кириловка Ахтарского района Сумской области.

Источники:

Архив Музея НГЛУ.

12. МЕНДРИН ГЕОРГИЙ ГЕОРГИЕВИЧ 

Выпускник Горьковского государственного педагогического института иностранных языков.

Погиб в годы Великой Отечественной войны.

Источники:

Архив Музея НГЛУ.

13. ЛОМТЕВ В.И.

Сотрудник Горьковского государственного педагогического института иностранных языков. Призван в ряды РККА 24 июня 1941 года.

Погиб в годы Великой Отечественной войны.

Источники:

Архив Музея НГЛУ.

14. РЫЖОВ ГЕННАДИЙ М.

Студент Горьковского государственного педагогического института иностранных языков с 1939 года.

Погиб в годы Великой Отечественной войны.

Источники:

Архив Музея НГЛУ.

Записка составлена Сенюткиной Ольгой Николаевной, д.и.н., проф. НГЛУ, научным руководителем Музея НГЛУ.